#day8 Каково безумие на вкус (#30daystory)

Опубликовано в: #30daystory | 1

#30daystoryСказать, что заявление мистера Хавьера вызвало бурный ажиотаж и удивление нельзя. Не знай Джек и Карен про видео, про случившееся с Китом, можно было бы предположить, что винодел просто сильно ударился головой при аварии, или на него действуют лекарства. Но они знали, и поэтому должны были прислушаться. Вопроса по сути своей было два:

– Кто “они”? И зачем им ваше вино? – Джек старался говорить спокойно и не показывать бурных эмоций, что начинали свою пляску внутри. Он пока не мог понять, чего там больше: страха или злости.

Мистер Хавьер исподлобья посмотрел на Сойера. А затем спросил:
– Ты попробовал вино? – а затем перевёл взгляд на Карен. – Бочки раскупорили?

Карен, бросив взгляд на Джека, ответила:

– Мария раскупорила только каберне. Джек успел пригубить. А затем ему стало плохо – как сказал врач скорой, от смешения лекарств и алкоголя, – и сразу успокоила работодателя, который хотел начать гневную тираду. – Врачи ждали снаружи!

Хавьер сдулся. Он посидел в кресле, немного отдышался. А затем снова спросил Джека:

– Но хоть что-то про вино ты помнишь?

Сойер понял, насколько важен этот ответ для человека. Тем более он прикован к больнице, не может сделать ничего сам. Джек закрыл глаза и постарался вспомнить всё (запах, вкус, текстуру вина), до того, как провалился в туннель. Пришлось напрячься, отметая запах гнили, зелёные стены и рык страшного существа.

– Обычно каберне тяжелый, очень терпкий. Но это вино было мягче. Сухость нёба проступила буквально немного. Можно было бы предположить, что оно купажировано, что в него добавлен виноград более свежего аромата и вкуса. Но этого нет. Это что-то другое. В отличие от стандартного каберне-совиньона, его можно подавать не только к жирному мясу, но и к чему-то более нежному, – Джек открыл глаза и с интересом посмотрел на мистера Хавьера. – Вы изменили технологию! Какой-то этап, но какой?

Уставшее лицо мистера Хавьера прорезала улыбка. Улыбка гордости от осознания проделанной работы.

– Сработало… Даже невероятно, – он смотрел куда-то внутрь себя и качал головой. – Интересно, как сработает на белом и розовом винах?

После чего поднял голову и посмотрел на молодых людей:

– Особенность моей технологии в том, что некоторые вещества всасываются очень медленно в само вино. Это можно сравнить с тем процессом, когда сама бочка дополняет аромат виски или вина. Только это делается за счёт… А, какая разница за счёт чего! – Хавьер махнул свободной рукой. – Суть в том, что таким образом можно серьёзно изменить структуру вина и это будет практически незаметно. Своего рода гомеопатические дозы, которые плохо выявляются и мало влияют. Но придают иной вкус, а значит и эффект…

Винодел остановился перевести дыхание. Хотя казалось, что, рассказывая про своё вино он чувствовал себя лучше, всё-таки авария давала о себе знать слишком сильно. Лежать бы ему в постели и не рыпаться…

– Они обратились ко мне спустя 2 месяца после регистрации патентной заявки и её подтверждения. Их мало интересовали вкус, насыщенность и мягкость. Зато малозаметность – очень. Но я отказался с ними работать.

Человек опять задышал, а Карен вскочила, чтобы налить воды из большой бутылки в пластиковый стаканчик.

Отдышавшись и сделав несколько глотков, мистер Хавьер закончил:

– С тех пор рошло несколько месяцев. Я забыл про предложение и проблеме с самолётом я не придал значения. Просто не повезло сесть в него именно в такой момент. Но уже в больнице кто-то передал записку, после которой мне всё стало ясно, – из кармана больничного халата он вытащил небольшой кусочек бумаги.

Судя по всему, это была страница из медицинского журнала, взятого в приёмном отделении. Размашистые буквы гласили: “Спасибо, что отошёл от дел. Применение твоему вину мы найдём. Не мешай – падают не только самолёты”.

Джек с Карен снова переглянулись. Угроза в письме явно присутствовала. И самое святое – посягательство на винодельню и вино. Они снова посмотрели на Хавьера.

– Я не прошу у вас найти их, спасти мне жизнь. Важно только, чтобы вы защитили вино от их грязных рук, – в глазах мужчины мелькнул безумный огонёк. Но в этот же момент на этаж вылетела медсестра и увидев местные посиделки, быстрым шагом двинулась к ним. Преодолев дистанцию, она начала возмущаться:

– Мистер Хавьер! Вам необходимо лежать! Вам рано бродить по этажам! – затем повернулась к Сойеру и Монтесорри. – А вам должно быть стыдно, что посреди ночи вытаскиваете больного человека из постели. Всё, идёмте.

И она стала поднимать из кресла пострадавшего. Джек задал лишь один вопрос напоследок:

– Что за ингредиент они хотели добавить?

Усмешка и ответ уже на ходу:

– Они прислали только формулу. Но какой химик не знает базовые формулы наркотиков?

Карен и Джек остались в зоне отдыха и смотрели, как удаляется спина мистера Хавьера. Вот уж действительно: с таким подходом можно узнать каково же на вкус безумие…

Дождавшись, пока медсестра вместе с пациентом скроется за поворотом, молодые люди двинулись на выход. Не сговариваясь, они молчали до самой машины. Лишь сев в неё и закрыв двери, они начали разговор:

– И что делать с этим пожеланием? Особенно мне? – спросил Джек, намекая, что Карен и так постоянно работает на Хавьера.

– Бочки закрыты, с ними особо ничего не сделаешь. Вот открытое каберне придётся как-то обезопасить,- девушка продолжала рассуждать. – К ним и так сложно попасть. Доступ есть всего у нескольких человек, все доверенные лица. Меня пустили туда только вместе с тобой, несмотря ни на что. Мне кажется не стоит ничего менять. Пусть Мария периодически заходит, как было и раньше.

Джек подумал и решил, что это вариант. С другой стороны, писавший обещал, что вино всё равно заберут…

– Погоди, – у Джека блеснула мысль в голове. – В записке было сказано, что они найдут применение его вину! Не его технологии, не тому, что потом. Им нужно именно это вино!

– Зачем? – Карен казалась сбитой с толку. – Если они собирались напихать туда наркотиков – для транспортировки или продажи, какая разница – то зачем им чистое, смягченное вино?

Джек задумался, а потом спросил:

– А на это вино уже есть заказ? Кому оно предназначалось?

– Не знаю. Но можно проверить документы в офисе.

– Тогда едем? – Джек начал пристёгивать ремень.

– Давай,- Карен тоже потянулась к ремню, но дёрнулась, в тот момент, когда ей в стекло постучали.

За окном стоял мужчина с широкой улыбкой и смотрел в салон яркими глазами цвета янтаря – солнечного камня . Даже в темноте был виден этот удивительный цвет, который казался отблеском солнце в ночи. Он показывал рукой, чтобы сидящие в машине опустили стекло. Карен с испугом посмотрела на Джека. Тот смотрел на мужчину за окном и думал. А потом сказал:

– Можешь открыть.

Девушка подчинилась, нажало кнопку стеклоподъёмника. Окно с легким жужжанием опустилось на несколько сантиметров. Мужчина улыбнулся ещё шире:

– Доброй ночи, молодежь! Как делишки? – после чего обратился прямо к Карен. – Какая милая девушка! Как вас зовут?

Девушка замешкалась.

– Меня вот зовут Том Сойер.

– Э-э-э… А меня Карен Монтесорри, – а затем, забивая неловкость попробовала пошутить. – А где Гекельберри Финн?

Том довольно рассмеялся и указал пальцем на Джека:

– Да вон, сидит рядом с тобой! – и снова хохотнул. – Ну, что, сынок. Не рад видеть батьку?

Карен удивлённо уставилась на Джека, а тот закатил глаза. Семейные посиделки сейчас были совсем не вовремя.

 

<<Предыдущая история

Следующая история>>

 

P.S. Хм. Просто продолжаем историю, зачем лишние слова, верно? 😀

P.P.S. Ассоциации дня:

Антон: Каково безумие на вкус

Константин: Янтарь – солнечный камень

P.P.P.S. Делитесь историей в социальных сетях, с друзьями и знакомыми. Пусть больше людей станет соавторами этой истории!

Один комментарий

  1. Антон Скобелев
    | Ответить

    Всё страньше и страньше…
    Ассоциация: берег далёкий, берег желанный

Оставить комментарий